Шел обычный воскресный вечер. Позади у нас осталась милая итальянская пиццерия, бутылка шампанского, романтическая прогулка по тому бульвару, который я все еще не очень любила, затем торопливый душ и плавный, без лишних слов, прыжок в постель. И когда все кончилось, когда мы уже отдыхали, когда я лежала у него на плече, задумавшись, то вдруг неожиданно для самой себя спросила: — Послушай, тебе не кажется, что мы стали жить как-то порознь? — Почему? — удивился он и приподнялся на локте. — Не знаю. — Я пожала плечами. — Вроде вместе, но каждый по отдельности. — По-моему все нормально, — ответил он. — Я так не думаю, — грустно сказала я. — Тебе не кажется, что наша жизнь превратилось в какое-то болото? — Нет, — отвечал он. — Почему? — Тебе не кажется, что ты иногда живешь будто не со мной? Я замерла, боясь услышать ответ. — Нет, не кажется, — ответил он. — Что ты имеешь в виду? Я помолчала. — Хочешь, серию посмотрим? — предложил Андрей. — Нет. — Я качнула головой. — Давай лучше поговорим. Скажи, как ты видишь наше будущее? — В каком смысле? — удивился он. — Ну… — я замялась. — Понимаешь, каждой женщине хочется стабильности. — Вас не поймешь, — зевнул Андрей. — То тебе жизнь болото, то наоборот — стабильности. Я посмотрела ему в глаза и решилась: — Андрей, ты меня любишь? — Конечно, — кивнул он удивленно. — Андрей, мы живем вместе почти год, почему ты мне никогда не делал предложения? Он замялся и отвел взгляд. — Послушай! — настаивала я. — Давай наконец поговорим. Мы живем вместе, но так давно не разговаривали! Мне уже двадцать шесть, я хочу семью, хочу ребенка… Я тебя люблю! — Я тебя люблю, — повторил он послушно. — Если я тебе сама предложу завтра пойти в ЗАГС

Я подняла левую ладошку и сжала большой палец в кулачке. — Здравствуйте снова! — послышался голос. — Я просто хотела вас еще раз поблагодарить, — ответила я. — Но я даже не знаю вашего имени… — У нас нет имен, — объяснил голос. — Называйте меня просто Анна, как и вас. — Спасибо, Анна, — ответила я, — очень тебе благодарна. В качестве благодарности — хочешь прожить за меня пару дней? * * * Так дальше продолжаться не могло — это понимали и я, и Эдик. Наверно о чем-то догадывался и Андрей. Даже мама неожиданно проявила такт и перестала меня допрашивать, хотя смотрела грустно. Это был тупик, отношения следовало безжалостно рвать. Причем, как я теперь понимаю, — еще четыре года назад, когда я была наивной студенткой. Но я понимала, насколько этот разговор окажется болезненным — и мне, и особенно Эдику. Странно ведь, как поменялись мы ролями за эти четыре года. Смешно вспомнить: ведь когда-то я плакала, сидела сутками у телефона, ждала его звонков. А Эдуард Степанович не звонил — у него же работа, семья, лекции… Теперь Эдик совсем сошел с ума, забрасывал меня сообщениями, требовал встреч, даже вдруг заказал доставку цветов на дом. Надо же — ни один мужчина не заказывал мне на дом цветы. Последней каплей стал звонок в час ночи, когда Эдик сообщил, что ушел из дома, бросив жену, и подает на развод. И все ради меня. Ирония судьбы. О чем он думал все эти четыре года? А о чем думала я? Надо было все решить. Но как это сделать — я не представляла. Кошмарная сцена даже начала мне сниться: мы назначаем встречу в ресторане, Эдик приходит с огромным букетом, заказывает лучшее вино — он же у нас эстет — вынимает красную бархатную коробочку, перевязанную ленточкой, и многозначительно кладет на стол передо мной. И смотрит на меня, смотрит

А вас — много? — Да, — вздохнул он, — увы. Нас очень и очень много, и на всех жизни не хватает. Вы бы ужаснулись, если бы знали, в каких условиях живем мы. На вашем языке это жизнью назвать нельзя вообще. Но мне наконец выпало опекать вас. Было очень сложно добиться этого права, пришлось много чем пожертвовать, а после я стоял в очереди почти вечность, и уже не надеялся, что мне выпадет такой шанс. — В голосе появились нотки гордости, но он смутился и поспешно добавил: — Если я вам не нравлюсь, если вам кажется, что я неискренен с вами или недобросовестно прожил за вас день — вы в любой момент можете меня выгнать! И на смену тут же придет новый. Поэтому я очень хочу, чтобы вы остались довольны. — А у других людей тоже есть… гастарбайтеры? — догадалась я. — Да, — ответил он, — у большинства окружающих вас людей тоже есть свои гастарбайтеры. Некоторые даже просят пожить за них не только в неприятные дни, но и просто в дни скучные. Есть гастарбайтеры, которые живут неделями, месяцами, даже годами. Бывает, знаете, сидит человек в тюрьме, сидеть ему долго… — Странно, что я об этом ничего не слышала… — пробормотала я вслух. — Ну кто же станет это рассказывать? — удивился голос. — А если расскажет — сами понимаете, ему прямая дорога в психушку. А там так скучно и неприятно… Для вас, конечно, — поправился голос. — Нам от постояльцев очень много просьб поступает. — Что-то я слышала про людей, которые жалуются на голос внутри головы! — вспомнила я, и тут мне пришла в голову другая мысль: — Скажите, а можно как-то понять, человек сам перед тобой или это гастарбайтер? Голос не отвечал долго — видно, задумался. — Точно определить я сам не смогу, — ответил он наконец. — Гастарбайтер

Проснулась я утром в своей кровати, поняла, что жива, и сразу полезла в память посмотреть, чем все кончилось. Кончилось все на удивление легко: сопротивляться я прекратила, обмякла — и маньяк тут же отпустил горло. Некоторое время он мешкал и копошился — то в своей одежде, то в моей, и непонятно было, что он хочет, то ли грабить, то ли все-таки насиловать, то ли просто растерялся. Прошло несколько томительных минут, и вдруг на аллее появилась милицейская машина, лениво катящаяся по брусчатке со скоростью пешехода. Плюгавый тут же исчез. И больше не появился, хотя машина проехала мимо кустов и удалилась, ничего не заметив. Дальше в памяти с удивительной резкостью сохранилось, как я дошла до дома, изучила себя в зеркало и даже подержала на шее тряпочку, смоченную холодной водой, чтобы не осталось синяка. А затем тихо прошла в мамину комнату, стараясь ее не разбудить, накапала в стаканчик то ли валокордина, то ли валерьянки, и легла спать. Удивительное спокойствие! Все это пронеслось в памяти мгновенно, а в следующий миг я услышала голос — он все еще был со мной: — Простите, — начал он вежливо. — Я решил попрощаться и извиниться за вчерашнюю поспешность. Мне показалось, что вам было очень неприятно вчера жить, и я вмешался. — Спасибо! — мысленно поблагодарила я как можно отчетливей. — Вы меня вчера просто спасли! Скажите, как мне вас отблагодарить?! — Ну что вы, какая благодарность? — удивился голос. — Спасибо вам, что дали мне прожить за вас еще один прекрасный вечер. — Я бы не назвала его прекрасным, — мрачно возразила я. — Любой момент жизни прекрасен, — ответил голос слегка печально. — По крайней мере, для нас. Видите ли, там, где я живу, жизни фактически нет. — А где вы живете? — жадно спросила я. — Боюсь, не смогу точно объяснить, — вздохнул голос. — Вам

Остаток дня тоже запомнился хорошо — я светски беседовала с мамой, спокойно реагируя на ее обычные поддевки, смотрела телевизор, немного попереписывалась с Эдиком. Переписку нашу я тут же нашла в мобильнике — нормальные ироничные сообщения, очень в моем стиле. Вот только тот, кто был в моем теле, никаких волнений по поводу Эдика не испытывал, и от того переписка вышла особенно удачной. «Ты сегодня в ударе!» — написал мне Эдик. Затем ровно в восемь я звонила начальнику, сообщив, что зуб вылечен, и завтра я выйду в бухгалтерию как обычно. Черт возьми, я даже аккуратно завела будильник на семь тридцать, а одежду разложила стопочкой! Вспомнив о будильнике, я вскочила на постели — на просмотр воспоминаний ушло больше часа. Ругая себя за несобранность, я заметалась по комнате, и вскоре окунулась в обычную жизненную суету. Осталось неясным, услышу ли я когда-нибудь тот голос, и смогу ли его как-то отблагодарить? Что для этого надо сделать? Запустить второй зуб мудрости? Ответ на эти вопросы я узнала только через два месяца. * * * Андрей предложил меня проводить, но я отказалась. И очень зря. Этого типа я увидела, когда свернула на бульвар. Мне он сразу не понравился. Плюгавенький мужичок сидел на скамейке под фонарем, а на коленях у него лежала кепка. Но исходила от него какая-то эманация мерзости. Вскоре я заметила, что он идет за мной, и ускорила шаг. И сразу услышала за спиной топот и хриплое дыхание. Бросилась бежать, но куда убежишь на каблуках в два часа ночи по безлюдному бульвару? Почти безлюдному: какой-то парень с рюкзаком прошел мимо нас, так старательно отворачиваясь, словно сдал себя кому-то пожить, а жилец не смел рисковать физическим лицом. Да какая-то бабка, шатавшаяся в кустах, пьяно проорала из конца аллеи: «бегают, бегают, сами не поймут, чего бегают»… Плюгавый был яростен и неразговорчив: когда каблук подвернулся, и я грохнулась на асфальт,

— Кажется, так сходят с ума, — пробормотала я вслух. — Тогда точно соглашайтесь! — нелогично, но убедительно поддержал голос. — Вы же ничего не теряете! — Хорошо, — сказала я. И на всякий случай ущипнула себя за руку, чтобы что-то проверить. Я знала, что есть такой способ, но что именно так определяют, не помнила: то ли сумасшествие, то ли сон, то ли просто приводят себя в чувство. Ногти впились в руку и стало больно. Но удалось ли мне что-то проверить, я не поняла. — Спасибо! — обрадовался голос. — Ну, я тогда приступлю… Последнее, что я услышала — стук в дверь ванной и ворчливый мамин голос: — Анюта, ты там полощешь или по телефону разговариваешь? * * * Когда я проснулась, стояло утро. Я лежала в кровати, солнце било сквозь тюлевые занавески, а на тумбочке пиликал будильник, живущий в мобильнике. Или мобильник жил в будильнике? Уже не поймешь. «Многофункциональность» — вспомнилось мне слово, и следом в памяти всплыл вчерашний — уже позавчерашний! — разговор, а за ним — все события вчерашнего дня. Это оказалось удивительным чувством — копаться в собственных воспоминаниях, которые не твои. Почти как смотреть кино с собой в главной роли. Минувший день лежал перед моим внутренним взором, я могла его мотать туда и обратно как кинофильм, нажимая паузу и рассматривая остановившиеся кадры. День был прожит правильно, хотя прожила его не я. Память сохранила не все: как я ждала автобуса и как ехала домой, помнилось смутно. Зато хорошо запомнилось, как перед домом зашла в наш новенький бутик и долго со вкусом меряла дивные перчатки. Но не купила, решив сделать это в другой день, когда буду в себе. А зря — перчатки были хороши, могут раскупить. Но мой незнакомый друг решил не брать на себя такую ответственность. Плохо запомнилось время в кресле у стоматолога — то ли неизвестный

Друзья, есть коротенький рассказ, вся прелесть которого в самом конце.. Не хотела вас умудрять ссылками, но если модераторы потрут, конечно, не обижусь. Вдруг кому понравится и даже будет полезно.. Гастарбайтер Я зажмурилась. Бывают дни, когда жить не хочется. Зуб болел нестерпимо. Боль пронизывала всю нижнюю челюсть, раскаленным гвоздем протыкала язык и волнами растекалась внутри головы, словно мозг окатывали кипятком из чайника. Раствор соды был одинаково безвкусен и бесполезен. Почему сода? Кто сказал, будто она помогает? Мама сказала. Каждый раз, когда я прокатывала мерзкую водицу во рту, в зуб словно втыкали раскаленную иголку. И кто придумал называть его зубом мудрости? В чем там мудрость? Сплюнув, я опустила стакан на край раковины и вытерла губы полотенцем. Сама виновата. Надо было следить за зубами, надо было ходить к стоматологу, чтобы он шатал их по очереди своим чудовищным загнутым гвоздем и решал, где пора сверлить… Надо было, надо было, надо было… А если я с детства боюсь стоматологов больше, чем зубной боли? Завтра мне это предстоит с самого утра — короткая скорбная очередь, металлический грохот инструментов в лотке, от которого обрывается сердце, зловещее маленькое солнце, пробивающее сквозь глазное дно прямо на дно души… Затем вот это деловитое без пауз: «Алла, подготовь два кубика чего-то-там-каина, РОТ НЕ ЗАКРЫВАЕМ!» А затем появится длиннющая игла, которая вопьется с протяжным хрустом в такое сокровенное и чувствительное место десны, куда ты стеснялась касаться даже ложкой… Я с остервенением помотала головой, отгоняя страшное видение, а зуб в ответ ожил и заныл, словно нерв уже наматывали на сверло бормашины… Проклятье, ну почему я? Почему мне? Почему нельзя попросить кого-то другого сходить за меня к зубному? И в этот момент я впервые услышала голос. Он был тихим, даже каким-то смирным. У него был странноватый акцент. Каким он был, этот голос? Наверно мужской. Наверно — потому что я так и не смогла узнать

tarjuman сказал(а): Чтобы расти дальше, нужно иногда разбирать "крышу". пожалуй, еще раз перечитаю.. что ни слово, то цитата.. брат мне процитировал, что все в мире движется, и горы- застывшие волны.. я как-то мимо проехала, пока читала.. буду перечитывать..

Ир, жду про Тиуанако, про врата солнца пр.. А пока потихоньку спрашиваю- тема про картошку будет? Ты проводишь социологическое ислледование- самое вкусное блюдо из картошки, самый вкусный сорт? Я была поражена многообразием... Мда, и странно, что тебе писка не понравилась.. особенно анисовая.. согревает.

Alt сказал(а): надо возыметь доверие к себе самому; надо погасить всякие отговорки и побочные соображения, надо отдаться непосредственно, не наблюдать за собою, не прерывать себя, не умничать, не обессиливать себя разными «намерениями» и «претензиями»... Надо забыть свои личные цели и свои субъективные задания, ибо всякая игра имеет свою предметную цель и свое собственное задание. Этой цели мы и должны отдаться, чем наивнее, чем непосредственнее, чем цельнее, тем лучше. Игорь, это твой текст? ты становишься совершенным философом. мне хочется сидеть с тобой на завалинке или у костра и говорить P.s. не могу читать книгу, что ты прислал..тяжко

для автобусов и поездов всегда кофтенка хлопковая с длинными рукавами, если кондей- спасает от неминучего холода, если слиппер и открытые окна- спасает от жары и пыли, чтобы кожу не пересушивало, смачиваю рукава водой.. и еще я поняла прелесть мусулманской одежды- идешь в прохладном мешке закрытый с головы до пят.. очень акутально для девушек.. на носу очки в ушах наушники.. чтоп без вопросов

tarjuman : мне нравится, что это записки ученого, а не запудренного эзотерика.. интересна точка зрения человека из науки.. enchanted сказал(а): Свобода шамана. спасибо за наводку, я то думала, что шаман растворился, буду читать!!!

очень красиво :-) спасибо

tarjuman : для тебя все что хочешь :-)))

IronIk (irinanik) сказал(а): тихо ненавидеть злая ты :-))

ИР, ты про каньон писать будешь? Кондоров видала? А то они еще не всегда летают.. Ну вообще там прикольно.. Мы разглядели заброшенный акведук. Похоже, инки во многом превосходили паралелльно существующие в Европе цивилизации. Хотяб то, что Сириус невидимый глазу они знали. А еще у меня есть инковское небо- там во млечном пути явственно видна пума. У инков тоже есть история о всемирном потопе, она отличается немного от европейской, и о потопе, согласно их рассказам, предупредила кошка- пума, иносказательно говоря, узнали от звезд о грядущем чп и спаслись. А эти стены из огромных камней разного размера и сшитых разнообразными невероятными паззлами, которые переживают уже многие землетрясения, пока другие поздние постройки сыпятся.. Перу- удивительная страна. Те историки, с кем общалась, рассказывали удивительные истории и факты, а в конце добавляли "но правды не знает никто, потому что нет архивов, у инков не было письменности, все, что говорят, в том числе и я- домыслы".. :-))))

Грегори Лемаршаль

Дед Мороз, отправь меня уже под пальмы, хотя бы на минизимовку, пожалуйста! ( я хорошо себя вела в этом году, правда?) Люблю, тебя, Дедушко...

удачной поездки! :-)

Elena Vasta сказал(а): Вот придет цунами вот придет бабайка